Russian (CIS)ҚазақшаEnglish (United Kingdom)
 
 
ИНСТИТУТ
АРХЕОЛОГИИ
им. А. Х. Маргулана
Адрес:
Алматы, ул. Шевченко 28, пр. Достык 44
Телефоны:
8 (727) 272 06 99 - приемная
 

Баннер

 

 

 

Главная Сакральная География Сакральная любовь к Родине

Сакральная любовь к Родине

Статья президента Казахстана о модернизации общественного сознания за короткое время успела стать нашумевшей из-за заявления о постепенном переходе казахского языка на латиницу. Проект "Духовные святыни Казахстана", о создании которого заявлено в этой же статье, в языковых дискуссиях затерялся. А зря – он может оказаться весьма интересным

АСТАНА, 10 мая — Sputnik, Сергей Ким. Глава государства Нурсултан Назарбаев предложил заняться формированием "сакральной географии" страны.

"Увязать в национальном сознании воедино комплекс памятников вокруг Улытау и мавзолея Кожа Ахмета Яссауи, древние памятники Тараза и захоронения Бекет-Ата, древние комплексы Восточного Казахстана и сакральные места Семиречья, и многие другие места. Все они образуют каркас нашей национальной идентичности", — написал президент в своей статье.

Другими словами, целью должна стать консолидация народа через осознание ценности ключевых сакральных мест на территории огромной страны. Идея масштабна. О трудностях ее претворения в жизнь Sputnik Казахстан поговорил с кандидатом исторических наук Института археологии им. Маргулана Ерболатом Смагуловым. Руководитель Туркестанской археологической экспедиции рассказал, почему считает возможный конфликт исторического подхода и мистического в определении “духовных святынь” надуманным.

− Президент сказал, что нам нужен проект "Духовные святыни Казахстана" или "Сакральная география Казахстана". И я хотел бы уточнить, что понимают ученые под сакральной географией страны?

— Каждый понимает по-своему. Но в каждой стране, у каждого народа есть святые места, знаковые исторические или мифологические точки. Они важны для этногенеза, для понимания каждого народа, живущего на территории государства. Это опорные точки, так называемые скрепы, прикрепляющие человека к земле, культуре. На каждом историческом этапе любому государству это оказывалось нужно. У нас был большой исторический период, когда все это изучалось, конечно… Но как программа, предусматривающая какие-то государственные действия – такого не было. В наработках это уже есть – все места известны, но если будут привлечены специалисты – историки, археологи, этнографы и прочие, реестр таких точек, памятников не сложно составить, мне кажется, при желании, может быть, в течении года. Надо будет проводить отбор, оценку – какие места имеют государственный масштаб, какие региональный, может быть, районный, или только в рамках аула известные. Здесь не стоит подходить так: "а, это мелко, никто о них не знает!".

Историк Института археологии им. Маргулана Ерболат Смагулов

− Должны ли, на ваш взгляд, входить в культурно-географический пояс святынь Казахстана только географические знаковые места вроде Алатау и Бетпак-Далы и археологические памятники? Существуют же и другие "святые" стихийные места, которые почитаются народом… но может ли возникнуть здесь конфликт научного подхода с антинаучным?

— Надо изначальный посыл правильно сформулировать, чтобы в дальнейшем не было недоразумений. Нужно сразу же сказать, что будем работать с памятниками, которые окажутся разного уровня значимости. Иерархия потом выстроится, если сформулировать требования к каждому уровню. Например, общезначимый, исторически достоверный – это государственный уровень; общезначимый, не обязательно исторически достоверный, но все равно имеющий значение – региональный уровень, и так далее. Если это все продумать и верно начать, не будет никакого конфликта между научным знанием и "народным".

− А вообще, если духовные святыни не обязательно должны быть историческими, что делать с разницей во мнениях: даже если люди живут в одном регионе, часть из них может не считать какое-то место сакральным и значимым.

— Так оно и есть: для кого-то место святое, для кого-то нет, он атеист. Мне кажется, научная ценность не обязательна. Наука – лишь одна из форм понимания мира, отношения к миру, его изучения. Но, кроме этого, есть огромная сфера человеческого бытия, которая наукой не может быть описана. Думаю, когда работа будет идти, все это будет нарабатываться, обсуждаться, публиковаться, выработаются какие-то критерии и подходы.

− В таком случае, как можно определить "святость" места? Должны проводиться опросы?

— Зачем? Это все известно. У краеведов, местных исследователей спросите, они составят списки таких точек, объектов, природных явлений. Не нужны тут опросы. Любой список в естественном процессе описания, обсуждения определится. Критерии задавать можно, но самые общие.

− Президент говорит также о том, что важная цель этого проекта – увязать в национальном сознании воедино разрозненные сакральные места. Но каким образом, на ваш взгляд, это можно сделать – страна огромная, многие люди не выезжают из своей области годами, десятилетиями − объяснить коренному жителю Петропавловска, что мавзолей Кожа Ахмета Яссауи святое для него место?

— Об этом надо чаще писать, привлекать грамотных людей, художников, ученых, журналистов, тех, кто неравнодушен. Обсуждать, какие-то конкурсы проводить – есть же форма народного участия, освоения этого богатства духовного. Если это каким-то образом заставить заработать… У нас же это делается уже, но от случая к случаю, спорадически. Видимо, президент решил, что эта работа должна вестись систематически и серьезно. А если под это будут выделены финансы, тогда ситуация сдвинется, результаты увидим. Может быть, не мы, но наши дети. Это благое дело. Как в этом участвовать, как этому помочь – давайте обсуждать.

− В принципе, наш разговор, наверное, можно считать началом этой работы… Но меня интересует такой вопрос. Если мы говорим об исторических памятниках, интересуют границы исторической эпохи: сакские курганы или более древние петроглифы могут ли сформировать, словами президента, "каркас национальной идентичности"?

— Не только сакские курганы и памятники древнетюркской эпохи. Они вне времени. В том-то интерес, мне кажется. В народном сознании все эти объекты − дела и следы прошлого, предков. Без всех этих эпох. Эпохи − это порождение 18 века, когда все разделили на исторические периоды, когда первые историографические труды появились. Мифологическое мышление, мифологическое сознание народа не делится ни на какие эпохи. Это все наследство предков, будь оно тюркским, каким-то другим. Конечно, грамотей иной скажет: "Нет, это сакская эпоха". Ну и слава богу, ну и хорошо. Я давно понял, что события времен джунгарского нашествия и сакской эпохи для простых людей одинаково важны. И не имеет значения, на каком историческом этапе это произошло. Для мифологического сознания народа они имеют одинаковую ценность.

− Огромная, на мой взгляд, сложность заключается в том, что Казахстан многонациональная страна. Понятное дело, что "мифологический багаж" казаха, русского, уйгура − разный, историческая память разная. Как привести это к единому знаменателю?

— Не знаю (смеется). Давайте думать! Это дело многих людей, надо обсудить, стоит ли, понять, нужно ли это сводить к одному знаменателю. Сблизить – да. Достигнуть взаимопонимания – да. А все это унифицировать, сделать единым – вряд ли это получится. Этого не будет в ближайшее время. А вот что реально сделать сейчас – наладить мосты взаимопонимания.

Источник: Спутник

Дата: 10.05.2017 года

 
 
   
 
2018 © Институт археологии им. А. Х. Маргулана сайт разработан компанией Создание сайтов, разработка и сопровождение сайтов, продвижение, хостинг